Конкуренция и монополия

стране ситуация коренным образом отличается от традиционных рыночных стран. Поэтому необходим анализ современной ситуации на Российском рынке товаров производственного потребления. Этой задаче посвящаются следующие разделы работы.

2.2. Всемирные корпорации и их роль в экономике

Главной силой, формирующей  мировое хозяйство, являются транснациональные  корпорации (ТНК). ТНК создают экономическую  ткань современного мира, а их совокупность образует самодостаточный транснациональный капитал, ведущую организацию современной мировой экономики. Одним из наиболее важных показателей ТНК являются прямые иностранные инвестиции (ПИИ), цель которых состоит в установлении контроля над другими компаниями.

Особой формой объединения  корпораций стали стратегические или  «виртуальные» альянсы, получившие большое развитие в 90-е годы ХХ в. и в начале XXI в. В это время в мире насчитывалось уже несколько тысяч стратегических альянсов.[1] Стратегические альянсы альянсы были соглашениями об относительно положительной кооперации двух или более партнёров для достижения коммерческих целей, идущих дальше обычных торговых операций. Они получили особенно большое распространение в молодых, динамичных и высокотехнологичных отраслях. Рост ПИИ в 2004-2007 гг. в значительной определялся активизацией крупных трансграничных слияний и поглощений. Ежегодный объём таких инициатив растёт в это время на 80-90%. В 2004 г., например, их число достигло 6134, из которых 141 были отнесены к категории мегапроектов, т.е. проектов стоимостью более 1млрд дол. В них участвовали наиболее крупные корпорации.

Решающее значение среди десятков тысяч ТНК приобрели сегодня всего несколько сотен особенно крупных корпораций. Приведу наиболее важные макроэкономические свидетельства их совокупного влияния.[2]

С помощью данных о капитализации  на фондовом рынке Thompson Financial Data Base выделила 800 крупнейших компаний. Общий объём оборотов этих очень крупных корпораций составляет сегодня порядка 33% мирового ВВП.[2]

Эти данные одним из первых проанализировал профессор Фрибургского университета, директор Организации по вопросам финансового мониторинга П.Х. Дембински[3]. По его расчётам, с учётам добавленной стоимости дистрибьюторских сетей, которые контролируются многими очень крупными корпорациями и часто не отражаются в их бухгалтерских книгах, 800 крупнейших корпораций прямо или косвенно контролируют около половины мирового ВВП. По оценке П.Дембински, только 200 крупнейших среди 800 предприятий производят примерно 25% мирового ВВП[4]. Другие исследователи оценивают добавленную стоимость этих филиалов крупных корпораций , учитывая их огромный рост в последние годы, примерно в треть общего оборота очень крупных корпораций. Это означает, что крупнейшие корпорации сами за счёт добавленной ими стоимости производят не менее 11% мирового ВВП[5]. П.Х. Дембински подчеркнул, что очень крупные корпорации должны «расцениваться как конечные структурирующие силы мировой экономики и реальные движущие факторы глобализации»[5].

Современная экономичная  теория различает несколько видов  монополистических состояний: простая или полная (чистая) монополия, олигополия, монопсония, олигопсония. Полная или чистая монополия означает ситуацию, если существует единый производитель или продавец какого-либо вида продукции. Это означает, что исключительное право на владение и распоряжение определенным материальным или нематериальным благом сосредоточивается в одних руках. В условиях чистой

монополии область состоит  из одной фирмы, то есть понятие “фирма”  и “область” совпадают. На первый взгляд такая ситуация маловероятная и, действительно, в масштабах страны встречается очень редко. Тем не менее, если взять более скромный масштаб, например, маленький городок, то ситуация, где наблюдается чистая монополия будет довольно типичной. В таком городке существует одна электростанция, одна железная дорога, единый аэропорт, один банк, одно крупное предприятие и т.д. Для примера: в США 5% ВНП создается в условиях, близких к чистой монополии.

Чистая монополия возникает  обычно там, где отсутствуют реальные альтернативы, нет близких заменителей (субститутов), товар, который выпускается, есть в некоторой мере уникальным. Это в полной мере можно отнести к естественным монополиям, типичным примером которых есть муниципальные коммунальные службы. В этих условиях монополист владеет реальной властью с точки зрения реализации продукта, в некоторой мере контролирует цену и может влиять на нее, изменяя количество товара.

Монополия возникает там  и тогда, если барьеры для входа  в область тяжело преодолеть. Государство создает официальные барьеры, выдавая патенты и лицензии. В соответствии с патентным законодательством США, изобретатель имеет исключительное право контроля над своим изобретением на протяжении 17 лет. Патенты сыграли огромную роль в развития таких компаний, как “XEROX”, “Eastman Kodak”, “International Business Machine” (IBM), “SONY” и т.д. Вступление к области может быть существенным образом ограниченный и путем выдачи лицензий. В США подлежат лицензированию свыше 500 профессий (враче, таксисты, и много других). Лицензия может быть предоставлена как частной фирме, так и государственной организации. Монополия может иметь своей основой исключительное право на какой-нибудь ресурс (например, на естественные факторы производства). Хрестоматийным примером является деятельность компании “ Бірс”, которая уже давно владеет богатейшими алмазными приисками в Южной Африке и потому контролирует от 80 до 85% предложения на мировом рынке алмазов[6]

В наше время жесткие действия, связанные с использованием монопольного положения, как и недобросовестная конкуренция в целом, строго запрещенные в странах с развитой рыночной экономикой, хотя и встречаются на окраине цивилизованного мира.

Современная теория выделяет три типа монополии: 1) монополия  отдельного предприятия; 2) монополия как заговор; 3) монополия, которая базируется на дифференциации продукта.

Все вышесказанное о чистой монополии касается первого типа монополий. Достичь такого монопольного положения нелегко и об этом свидетельствует сам факт редкости таких образований.

Более доступным и распространенным есть путь заговора или соглашения нескольких крупных фирм. Он дает возможность быстро создать на рынке условия, если продавцы (производители) находятся в “одной команде”, устраняется конкурентная борьба, прежде всего ценовая и через это потребитель оказывается в безальтернативных условиях. Такие соглашения вели к созданию разных форм монополий. Первыми с таких были начальные объединения — пулы, рынки, конвенции, корнеры, которые представляло собой временные соглашения между предприятиями, как правило одной области, с целью поддержания определенного уровня цен или деления полученной прибыли. Тем не менее такие объединения не были стойкими и создавались лишь на короткий срок для получения одноразовой или многоразовой прибыли.

Проникновение монополий  во все сферы общественного воспроизведения  — непосредственное производство, обмен, распределение и потребление — привело к появлению более стойких монополистических объединений, которые создавалось на продолжительный срок. С монополизацией сферы оборота возникли первые, простейшие из пяти основных форм монополий —картели и синдикаты.

Картель — это объединения нескольких предприятий одной области производства, участники которого сохраняют собственность на средства производства и изготовленный продукт, производственную и коммерческую стоимость, а договариваются о частице любого в общем объеме производства, цены, рынки сбыта.

Синдикат — это объединения ряда предприятий одной области промышленности, участники которого сохраняют собственность на средства производства, но теряют собственность на изготовленный продукт, а значит, сохраняют производственную, но теряют коммерческую самостоятельность. У синдикатов реализация продукции осуществляется через специально созданную общую сбытовую контору.

Более сложные формы монополистических  объединений возникают тогда, если процесс монополизации распространяется и на сферу непосредственного производства. В этом случае возникшая необходимость объединения в границах одной корпорации последовательных, взаимосвязанных производств нескольких областей промышленности, которые было задействовано в создании конечного продукта. Можно сказать, что происходила вертикальная интеграция, или комбинирование. Например, в границах гигантских автомобильных корпораций объединялись предприятия, которые добывали сырье, выплавляли сталь, вырабатывали детали и, в конце концов, составляли собственное автомобили.

Именно на этой основе возникшая  такая более сложная форма  монополистических объединений, как трест.

Трест — это объединения ряда предприятий одной или нескольких областей

промышленности, участники  которого теряют собственность на средства

производства и изготовленный  продукт, производственную и коммерческую

самостоятельность, то есть происходит объединение производства, сбыта,

финансов, управление, а в  зависимости от суммы вложенного капитала собственники отдельных предприятий, которые входят в состав треста, получают акции треста, которые дают им право принимать участие в управлении и присваивать соответствующую часть прибыли. Опираясь на свою власть, компании-тресты проводили в границах своих областей выгодную им политику и принуждали следовать ей других отраслевых производителей. Примером могут служить американская черная металлургия, нефтепереработка, алюминиевая, табачная промышленность периода конца ХІХ - начала ХХ ст. В начале ХХ ст. в США действовало свыше 800 трестов, в состав которых входило свыше 5 тыс. предприятий с капиталом свыше 7 млрд. долл.

Крупнейшими трестами были “Стандарт ойл”, “Юнайтед Стейтс Стол”, “Дженерал Электрик” и др. В других странах развитого капитализма в качестве отраслевых монополий выступали картели и синдикаты[7].

Сложное взаимодействие монополии  и конкуренци было характерной и для областей, охваченных картелями и синдикатами. Яркий поэтому пример — история немецких картелей. Преобладающая их большинство в первые десятилетия ХХ ст. была весьма непрочной. Если в благоприятных условиях они функционировали, то в “плохие времена” рассыпались, так как участники соглашений стремились проводить самостоятельную рыночную политику. В многих областях немецкой промышленности сложился своеобразный ритм развития картелей. Их формирование в той или другой

области обычно характеризовалось  изъятием или минимизацией ценовой  конкуренции и повышением цен. Это, как правило, привлекало в область новых производителей. Не будучи связанными картельными соглашениями, они начинали усиленную ценовую конкуренцию. Снижая цену, новые независимые фирмы захватывали значительную часть отраслевого рынка. В результате судьба членов картелей сокращалась, что нередко вело к уменьшению объема их производства и соответственно росту затрат.

Последнее, как правило, вызвало  распад картелей, в области начиналась острая ценовая конкуренция. После периода неограниченной ценовой конкуренции снова возникали картельные соглашения, к которых подключались и “новички”. Дале цикл повторялся[8] .

С помощью механизма межотраслевой  конкуренции и переливание капиталов вертикальная интеграция перерастает в диверсификацию, которая есть процессом проникновения капитала той или другой монополии в области, которые непосредственно не связаны с основной сферой ее деятельности. Если диверсификация осуществляется на основе концентрации капитала, то проникновение монополий в другую область промышленности осуществляется за счет внутренних накоплений капитала; если этот процесс происходит на основе централизации капитала, то организация производства в других областях осуществляется путем купли акций. На основе диверсификации возникает такая современная основная форма

монополистических объединений, как многоотраслевой концерн. Он есть

объединением десятков, а  в многих случаях даже сотен предприятий, участники которого теряют собственность на средства производства и изготовленный продукт, а главная фирма осуществляет над другими участниками объединения финансовый контроль. Среди 500 мощнейших монополий США свыше 90% существуют в форме многоотраслевых концернов. Лишь 5% среди этих гигантских корпораций выпускают однопрофильную продукцию, а подавляющее большинство их имеет в

своем составе в среднему предприятия 11 областей, а наиболее могущественные монополии - до 30-50 областей.

Вообще в мировой экономике  наметились две области усиленной  диверсификации. Во-первых, это компании традиционных областей промышленности (исчерпание источников накопление в основных производствах толкает их на поиск новых инвестиционных возможностей). В последние годы наблюдается “бегство” капитала из базовых областей в новые научные области и в сферу услуг. Вкладывая деньги в электронику, робототехнику, воинский бизнес, аэрокосмическую промышленность,

большие компании традиционных областей стремятся проникнуть в  высокодоходный бизнес и использовать новую технику и технологию для модернизации устаревших мощностей в профилирующих производствах. В компании “Дженерал Электрик”, например, только за 1980 - 1986 гг. судьба наукоємних производств в общей выручке выросшая с 31 до 44%, сферы услуг — с 23 до 29%, а основного промышленного ядра — сократилась с 1/2 до 1/4 [9] .

Другие компании традиционных областей находят иные пути выхода из кризисного состояния. “Юнайтед Стейтс Стол”, например, поглотила две огромных нефтяных фирмы — “Марантон Ойл” и “Тексас Ойл енд Гес”. Уже в наше время она изменила свою отраслевую принадлежность: производство стали и металлопродукции не является профилирующим (кроме нефтяного бизнеса, компания занятая производством и сбытом разных видов химикатов, бурового оснащения и т.п.).